закрыть

Постановление Совета улемов ДУМ РФ о закят аль-фитр в 2016 году

Совет улемов Духовного управления мусульман Российской Федерации определил закят аль-фитр в 2016 году в размере:

— для людей малоимущих — 100 р.

— для людей со средним достатком — 300 р.

— для состоятельных людей — от 500 р.

Закятуль-фитр (садакатуль-фитр, фитр садакасы)  милостыня разговения, выплачиваемая от каждого члена семьи до начала праздника Разговения (Ид-аль-фитр, Ураза-байрам). Она является заключительным условием для принятия Творцом соблюденного поста.

Фидия садака:

— минимальный размер за пропущенный день составляет 250 р.

Фидия садака  это милостыня-искупление, состоящая в том, что за каждый пропущенный день обязательного поста надо накормить одного нищего так, чтобы на него израсходовалось средств примерно столько, во сколько обходится в среднем обед (а лучше — среднесуточные затраты на питание).

RSSКонтактыПисьмо
Опции поиска:

 Полнотекстовый поиск
 Только по ключевым словам
 Слово или фразу целиком
 Каждое слово в отдельности


25 сентября 2020 12:51   Москва 

Адвокат Тугушев рассказал о защите религиозной литературы на Чтениях имени Галимджана Баруди

Выступление члена Адвокатской палаты Саратовской области. (г. Саратов) Равиля Тугушева на XIII Международной научно-практической конференции «Чтения имени Галимджана Баруди»:

Запрет в РФ фундаментальных сборников хадисов и произведений известных учёных-хадисоведов: причины и возможные последствия

Уважаемые участники конференции!

Наша команда, которая сформировалась за 8 лет. Костяк этой группы составляет я, адвокат из Казани Руслан Нагиев, адвокат из Чечни Саид- Магомед Чапанов, и наш коллега из Мордовии Марат Ашимов. Мы занимаемся тематикой защиты конституционных прав мусульман.

За последние годы нам удалось отстоять перевод Корана в 2013 году, когда был запрет перевода Корана Октябрьским судом г. Новороссийска. Перевод Э.Кулиева. Этот запрет был снят Краснодарским краевым судом в этом же году. Большая победа у нас была в 2015 году, когда Южно-Сахалинский городской суд запретил книгу «Мольба». Были признаны экстремистскими суры и аяты из Корана. И, в первую очередь, была признана экстремистской сура «Аль-Фатиха». Нам удалось отстоять; это решение было отменено.

Было отменено и решение Октябрьского районного суда города Оренбурга. В 2016 году Оренбургский областной суд снял запрет с 54 исламских книг. Среди них: «Сады праведных» имама Ан-Навави и «40 хадисов» имама Ан-Навави.

К сожалению, практика запрета исламской литературы продолжается. Буквально 28 августа Красноглинским районным судом города Самары был наложен запрет на тафсиры Корана. Под запрет попали издания 2014 года: тафсир Ибн Касира (2-й и 3-й тома) и 1-й том тафсир ас-Саади. В настоящий момент апелляционные жалобы поданы. Была аппеляционна жалоба и от Совета муфтиев России, от издателя А.Эжаева, от переводчика Э.Кулиева, от издательства «Китап».

В настоящий момент готовится апелляционная жалоба от издательства «ЭКСМО», которое было соиздателем. Второе дело, которое у нас находится на производстве, это дело, которое сейчас в Лаишевском районном суде Республики Татарстан. Там по требованию нижегородского транспортного прокурора пытаются запретить Тафсир ас-Саади издания 2008 года, Сахих аль-Бухари в трех томах, «Сады праведных» имама Ан-Навави и «Булуг аль-Марам» (аль-Аскалани). Экспертиза по данным книгам на сегодняшний день не закончена, процесс продолжается.

Но мы столкнулись с проблемой, что у нас в настоящее время нет специалистов-религиоведов в области ислама. Основная масса учёных, которые специализируются на исламе, они сосредоточены либо в Санкт-Петербурге, либо в Москве. На местах учёных нет. Поэтому экспертизы как правило проводят люди, далекие от ислама. Вот, в частности, по экспертизе по Красноглинскому районному суду, где были запрещены тафсиры Корана, экспертизу проводили совершенно некомпетентные люди: психолог и лингвист не имеют ни одной надписной работы, у этих людей нет учёных степеней. Единственный специалист, у которого была ученая степень, был по социологии. И когда нам юристам приходится заявлять в качестве экспертной организации, мы ничего не можем предложить. 

И у нас большая проблема, что на сегодняшний день в нашей исламской умме нет своей экспертной организации. 

Вторую часть доклада я бы хотел посвятить той проблеме, что ещё в 2002 году, когда был введен Закон о противодействии экстремизму, ещё тогда говорили о несовершенстве данного закона, и в настоящий момент данный закон, пожалуй, единственный закон, в который было внесено самое большое количество поправок. Это поправки, инициированные Яровой, с нашей подачи также была введена поправка перед судебным заседанием в Южно-Сахалинском суде, когда информация и наша работа, в конце концов дошла до президента Российской Федерации, и когда в Госдуму было подано два законопроекта, но в конце все-таки приняли тот законопроект, который предложил В.В. Путин. Согласно которому Коран, Библия, Танах и Ганджур не подлежат каким-либо запретам. Но суды у нас пытаются это обойти.

Да, безусловно, священным для мусульман является Коран на арабском языке. Да, есть масса переводов. Если не ошибаюсь, на русском языке около 11 переводов, начиная с перевода со времен Петра I: Веревкина, Саблукова, Османова, Кулиева, Пороховой и другие. Безусловно, это только переводы, и в каждом переводе всегда будут разночтения. Сколько есть переводчиков, столько и мнений. Но это вовсе не повод, чтобы эти переводы, чтобы эти труды признавать экстремистскими материалами. Правильно или неправильно сделан перевод – в первую очередь это должны обсуждать богословы, а не юристы.

И возвращаясь к закону о противодействии экстремизму, у нас очень хорошо прописан механизм о том, как внести в этот список экстремистских материалов, и совершенно нет механизма, как исключить из этого списка. До 2015 года все данные суды рассматривались в порядке гражданского судопроизводства. И заинтересованные лица никогда не привлекались. В лучшем случае привлекалось Министерство юстиции РФ, которое как правило не участвовало в суде. В 2015 году - после введения Кодекса административного судопроизводства - ситуация немножко изменилась. И с учетом поправок о том, что Библию и Коран нельзя признать экстремистским материалом, суды стали привлекать в качестве заинтересованных лиц и мусульманские организации, и издателей, и переводчиков. Так вот те запреты, которые были введены до введения Кодекса административного судопроизводства отменить нельзя. 

Были два решения суда в 2014 году, когда Артемевский суд запретил сборник хадисов «Сады праведных» имама ан-Навави, и второе решение Невьянского суда, который запретил «40 хадисов» имама ан-Навави. Вот на последнем я бы хотел особо остановиться. Данная книга была изъята в одной из колоний УФСИН. Она была подарена консулом Республики Таджикистан при открытии мечети. И буквально через месяц она была изъята и признана экстремистским материалом. Никакой экспертизы по данной книге не проводилось вообще. Более того, решение по данной книге было принято за 10 минут. То есть книга не исследовалась. Данные два решения суда в списке экстремистских материалов почему-то появились только через четыре года - 5 декабря 2018. То есть на этот момент все процессуальные сроки были пропущены. Наши попытки восстановить эти сроки не увенчались успехом. Нам сначала отказал Областной суд Свердловской области, впоследствии отказал Конституционный суд РФ на том основании, что пропущены сроки. В настоящий момент у нас последний шанс - обращение в Верховный суд РФ. На сегодняшний день этот запрет существует. Более того, буквально в августе одного из моих клиентов, подзащитных, пытались привлечь к административной ответственности как раз на основании решения Артемовского районного суда. У него была изъята книга «40 хадисов» ан-Навави. Его пытались привлечь за массовое распространение данной книги. Приблизительно такая же ситуация в настоящий момент проходит в Мордовии. И вот мой коллега Марат Ашимов изучает, пытается это дело отстоять.

В чем проблема у нас основная?! В том, что мы адвокаты, юристы - мы специалисты в области российского законодательства, но у нас недостаток знания в области хадисоведения, у нас недостаток знаний в области корановедения, поэтому при подготовке к данным судебным заседаниям, при подготовке рецензий нам все-таки нужно тесное взаимодействие с исламскими учеными, с улемами. Потому что, нам необходима подготовка и рецензий на те экспертизы, которые наши процессуальные оппоненты представляют в суд. К сожалению, это взаимодействие на сегодняшний день не налажено. 

Я бы хотел в своем выступлении отдельно поблагодарить нашего уважаемого руководителя шейха Равиля Гайнутдина, Мукаддаса хазрата Бибарсова. Потому что они постоянно оказывают нам содействие в нашей работе. Более того, у нас в Саратовской области налажено взаимодействие с духовными управлениями, у нас периодически проводится работа с Пензенской областью. На круглые столы мы приглашаем учёных и обсуждаем эти вопросы. Этот опыт желательно распространить на всю Россию. Подчас бывает, что приезжаешь в какой-то регион, где отстаиваешь права мусульман в суде, но при этом никак не получается взаимодействовать с местным муфтиятом.

Но и в заключении еще раз хотел бы поблагодарить, что предоставили мне возможность высказаться, ещё раз напомнить, что наша группа (Саид-Магомед Чапанов, Руслан Нагиев, Марат Ашимов) и дальше готова ради Аллаха бесплатно работать в этом направлении и отстаивать конституционные права мусульман на свободу вероисповедания.

Система Orphus
ИТОГИ
Интерактивная карта ислама в России

© Духовное управление мусульман Российской Федерации, 2020 г.

При использовании материалов сайта гиперссылка на www.dumrf.ru обязательна