27 апреля на полях XIX Всероссийской научно-образовательной конференции «Чтения имени Галимджана Баруди» состоялась презентация первого факсимильного двухтомного издания рукописного перевода Корана Петра Постникова (1726). Данное издание стало возможным благодаря сотрудничеству ДУМ РФ с Российским государственным архивом древних актов (РГАДА) и Библиотекой Российской академии наук, где хранятся оригиналы рукописей перевода. О сотрудничестве ДУМ РФ и РГАДА, уже реализованных совместных проектах и новых идеях, а также об отношениях между Российской империей и Крымским ханством, работе Х. Фаизханова с крымскими грамотами, роли мусульманского населения России в годы Смутного времени рассказал нашему корреспонденту директор РГАДА Владимир Аракчеев.

– Уважаемый Владимир Анатольевич, в марте 2023 г. состоялась ваша первая встреча с заместителем председателя Духовного управления мусульман РФ Дамиром-хазратом Мухетдиновым. Тогда он посетил архив, познакомился с некоторыми документами. Так началось сотрудничество РГАДА и ДУМ РФ, которое продолжается и сегодня. Первоначальный импульс исходил именно от Духовного управления?

– Да, именно так. Дело в том, что в фондах Российского государственного архива древних актов хранятся ценнейшие коллекции бывшего Московского государственного архива Министерства иностранных дел (МГАМИД). Эти коллекции включают в себя документы, касающиеся отношений России с различными государствами Европы и Азии в XV–XVIII вв. Они сохранились с разной степенью полноты. Дамира-хазрата интересовал в первую очередь фонд 123 «Сношения России с Крымом». Он состоит из двух неравных частей. Одну часть составляют так называемые посольские книги, по сути это протокольные записи, систематизированные дьяками Посольского приказа, которые фиксируют ход переговоров русских послов с послами Крымского ханства. А вторую, третью и четвертую описи 123-го фонда составляют, собственно говоря, грамоты, которые отправлялись из Москвы в столицу Крымского ханства Бахчисарай и из Бахчисарая в Москву с 1472 по 1692 г., то есть на протяжении почти 220 лет. В основном они отражают отношения между Русским государством и Крымским ханством и представляют собой шертные грамоты крымских ханов (шерти на тюркском – присяга, в данном случае на верность договорным отношениям с Русским государством) и, соответственно, крестоцеловальные грамоты русских государей.

Дамир-хазрат в ходе нашей первой встречи как раз и ознакомился с подлинниками ряда документов из фонда 123.

Муфтий Гайнутдин вручает памятную серебряную медаль к 200-летию Хусаина Фаизханова. Москва, 12 декабря 2023 г.

–  Владимир Анатольевич, вы обозначали временные рамки хранящихся в этом фонде документов. В истории России XVI–XVII  века – это правление Ивана III, Василия III, потом эпоха Ивана Грозного, Смутное время, затем на русском престоле утверждается династия Романовых. Бурное было время. А как складывались отношения Русского государства и Крымского ханства на протяжении более чем 200 лет?

– Чаще всего они были антагонистичными или просто враждебными. Надо сказать, что и Москва, и Бахчисарай постоянно стремились продлить мирные отношения друг с другом, но это практически никогда не получалось. И всегда, когда они пытались апеллировать к какому-то славному прошлому — а в дипломатии всегда принято апеллировать к неким позитивным историческим моментам, которые могут стать отправной точкой для достижения успеха в настоящем, — они не могли найти ни одного другого периода, кроме как длительного, в несколько десятилетий, но в контексте 220 лет короткого, периода союзнических взаимоотношений между крымским ханом Менгли-Гиреем (1445–1515) и великими государями московскими Иваном III (1440–1505) и Василием III (1479–1533).

Ярлык хана Бахадыра Герая Михаилу Федоровичу (Бахчисарай, 1049 г.х. / 1640 г.)

– Документы, свидетельствующие об этих союзнических отношениях,  сохранились?

– Да, это грамоты, которые относятся к 1472, потом к 1480, затем к 1508 г., уже при достижении соглашений с Василием III. Сохранились шертные грамоты, относящиеся к 1500–1515 гг. А после этого состоялся известный поход Мухаммед-Гирея на Москву в 1521 г., с которого начался длительный период ожесточенного вооруженного противостояния между Москвой и Крымом.

Надо сказать, что в начале XVII века, в период Смуты в России, в период гражданской войны, южные окраины Русского государства не испытывали такого вала нашествий со стороны Крымского ханства. Причиной тому были многочисленные внутренние неурядицы в Крыму и достаточно неровные отношения с Османской империей. Ведь несмотря на то, что Османскую империю и Крымское ханство — сюзерена и вассала— объединяли союзнические отношения суверенитета, тем не менее в этих отношениях далеко не все было так просто. Кандидатуры крымских ханов должны были утверждаться в Стамбуле, сама процедура возведения крымского хана на престол в Бахчисарае осуществлялась в мечети в Гезлеве, в современной Евпатории. Все эти процессы были далеко не столь простыми.

Ярлык-мухаббетнаме хана Ислама Герая Алексею Михайловичу (Бахчисарай, 1062 г.х. / 1652 г.)

– Наверное, нужно учитывать и тот факт, что Крымское ханство было сложным полиэтническим формированием?

– Да, его взлет, подъем во многом совпал с ослаблением Ногайской Орды, кочевавшей между Волгой и Уралом. В начале XVI в. в евразийских степях произошло два очень важных события. Во-первых, в 1502 г. усилиями крымского хана Менгли-Гирея была окончательно разгромлена Большая Орда, а спустя некоторое время Менгли-Гирею удалось нанести поражение Ногайской Орде и поставить ее в зависимость. С этого момента начинается постепенное перетекание ногайской знати на восток, под власть крымских ханов. По сути, тогда сформировалась бинарная структура, которая состояла из собственно крымско-татарской части этого сложного в этническом отношении государства, которое находилось в Крыму, и ногайской части, которая занимала территорию к северу от Перекопа, в широком смысле – территорию между Днепром и Доном.

В силу целого ряда противоречий и внутри Крымского ханства, и в его отношениях с Османской империей в начале XVII в. для русских земель, которые и так были истерзаны внутренней смутой, наступила некоторая передышка. Но в целом, конечно, этот период был периодом ожесточенной борьбы за первенство на юге европейской части России, как сказали бы мы сейчас.

Русское государство в XVI–XVII вв. динамично развивалось. Во второй половине XVI в. оно смогло подчинить себе территорию Поволжья, а к концу XVI в. уже появились русские крепости, а потом и населенные города на Волге: Симбирск, Самара, Саратов, Царицын, которые обеспечили доминирование России на юге. К этому же времени относится подчинение России донских казаков, которые стали ее передовым отрядом в противостоянии, в том числе с Крымским ханством. Российские владения интенсивно расширялись и на Северном Кавказе. Все это не могло не беспокоить, естественно, крымских ханов. И именно этой проблемой доминирования на юге Европейской России и объяснялось ожесточение борьбы.

Что касается Смутного времени, то я бы подчеркнул роль мусульманского населения Среднего Поволжья — и татар, и многих других мусульманских народов в период острого противостояния интервентам. Когда в Москве находились поляки, а в Новгороде шведы, они (мусульмане) оказывали поддержку и первому ополчению Ляпунова, и второму ополчению, которое возглавили К. Минин и Д. Пожарский.

– Вернемся к фонду 123. Его основу составляют те документы, с которыми работал Хусаин Фаизханов, правильно? Напомним, что в 1858 г. Императорская академия наук командировала его в Москву, в главный архив МИДа, о котором вы упомянули, для переписывания тюркозычных дипломатических документов.

– Совершенно верно. Существует четыре описи этого фонда. Описи — это реестры. Вы спросите, с какими из них работал Фаизханов? В первой описи находятся посольские книги, они хорошо изучены, многие из них опубликованы, мы их сразу исключаем из рассмотрения.  Во второй, третьей и четвертой описях располагаются грамоты, о которых я говорил. Во второй описи 72 грамоты, в третьей – 281, в четвертой – 87. В  четвертой описи, помимо оригинальных грамот, содержатся еще переводы 114 грамот, которые были выполнены Фаизхановым. В середине XIX в. они отложились в нашем фонде.

Хусаин Фаизханов (1823-1866). Худ. Л.С. Хасьянова, 2017. Из коллекции ИД «Медина»

– В чем конкретно выразилось сотрудничество ДУМ РФ и РГАДА?

– Во-первых, были сделаны современные высококачественные копии документов фонда 123. Надо сказать, что их ценность очевидна. Причем это особо ценные документы. Их у нас в архиве много - 1,5 миллиона экземпляров, и для нас это не редкость. Но дело в том, что большинство особо ценных документов у нас не имеют современных электронных копий, некоторые были микрофильмированы еще в советское время, и эти копии невысокого качества. Но самая главная проблема, пожалуй, не в этом, а в том, что просмотровые аппараты, которые используются нами и нашими читателями, устарели и не позволяют получить надежное и качественное изображение на экране. Поэтому для нас сотрудничество с Духовным управлением мусульман имело огромное значение. И коллеги в ДУМ РФ, и мы получили высококачественные современные электронные копии документов, которые можно использовать и в выставочной деятельности, и для научно-исследовательской работы.

- Выступая на ифтаре, который проходил в марте в ДУМ РФ, вы сказали о том, что проект с фондом 123 реализован, завершен, но есть новые идеи для продолжения сотрудничества. В чем оно будут выражаться? Может быть, уже определены совместные проекты?

– Конечно, наших мусульманских партнеров интересуют все документы, имеющие непосредственное отношение к истории народов России, исповедующих ислам. Кроме этого, один из ведущих специалистов в области истории тюркоязычных народов, истории ислама и вообще народов Ближнего Востока Илья Владимирович Зайцев одержим идеей составить полный каталог рукописей – тюркоязычных и арабоязычных, хранящихся в архивах Москвы, которые связаны с исламским миром. Это масштабный проект, но поскольку Илья Владимирович, помимо того, что он является заместителем директора Государственного музея Востока, возглавляет исследовательский центр в Институте российской истории РАН,  у него есть ресурсы для того, чтобы организовать такую работу. Мы надеемся на то, что она будет осуществлена и принесет положительные результаты.

Наш архив специализируется главным образом на кириллических рукописях, у нас нет специалистов, которые могли бы квалифицированно работать с тюркоязычными и арабоязычными документами. Поэтому рассчитываем и в этом на помощь ДУМ РФ. В общем, перспективы для сотрудничества очевидны, мы для него открыты, поскольку документы, хранящиеся в РГАДА, являются достоянием всех народов России и их памятью.

На ифтаре для деятелей науки, культуры и образования в Московской Соборной мечети. Выступает Илья Зайцев. 11 марта 2026 г.

– Я думаю, особая страница сотрудничества с ДУМ России – это Коран Постникова. Объемная рукопись в 780 листов – «Алкоран, или Закон магометанский», – хранящаяся в РГАДА, теперь будет доступна мусульманам и всем, кто интересуется исламом.

– Безусловно, сотрудничество в проекте ДУМ по переизданию первого издания Корана на русском языке имело для нас исключительную важность. В результате исследований историка, востоковеда и религиоведа П. В. Густерина и ряда других ученых удалось получить неопровержимые доказательства того, что первым переводчиком Корана на русский язык был Петр Васильевич Постников.

Постников – уникальная личность Петровской эпохи. Закончив в 1687 г. Славяно-греко-латинскую академию, Постников был определен на государственную службу в чине стряпчего, но, владея древними и новыми европейскими языками, в 1692 г. по царскому указу был отправлен на учебу в Италию на медицинский факультет Падуанского университета. Петр Васильевич стал первым дипломированным русским врачом, был прикомандирован к Великому посольству, а затем к посольству П. Возницына для участия в Карловицком конгрессе 1698–1699 гг.

Вернувшись в  Россию и определившись на службу в Аптекарский приказ, Постников  одновременно состоял вне штата Посольского приказа, упражняясь в переводах, и в этом качестве по указанию Петра I перевел с французского перевода Андре Дю Рие, выполненного еще в первой половине XVII века, Коран на русский язык. Перевод Корана был издан в Синодальной типографии в 1716 г. уже после смерти Постникова и сыграл крайне важную роль в качестве пособия для русских дипломатов.

Переиздание первого перевода Корана на русский язык имеет исключительное историко-культурное значение и будет способствовать пониманию особенностей взаимодействия христианских и исламской конфессий в прошлом и настоящем.

– Владимир Анатольевич, как вы оцениваете шаг ДУМ РФ, религиозной структуры, обратиться к своему наследию, к наследию своих народов и начать взаимодействие с РГАДА?

–  Это можно только приветствовать и всячески поощрять. Но, должен отметить, что Духовное управление мусульман является не единственной конфессиональной структурой, которая к нам обращается за содействием. Мы активно сотрудничаем с Русской православной церковью. Недавно мы копировали архив для Троице-Сергиева монастыря. Архив довольно поздний, XVIII–XIX вв., он содержит достаточно заурядные административно-хозяйственные документы, для историков они находятся на периферии исследовательских интересов, но для Лавры они имеют исключительное значение.

В прошлом году мы провели огромную работу в интересах Соловецкого монастыря, который в 2029 г. будет праздновать свое шестисотлетие. К этому юбилейному году мы подготовили более 150 научных справок, посвященных всем объектам, находящимся на территории Соловецкого архипелага.

В этом контексте Духовное управление мусульман РФ является также одной из чрезвычайно важных структур, сотрудничество с которыми для нас ценно и важно.

– Благодарю вас за беседу.

Беседовала Ольга Семина